- Сообщения
- 5.612
- Реакции
- 8.097
Мы все выходим из детства помятыми, как не крути. Нет людей без травм, без странных убеждений, без заскоков. Вопрос не в том, чтобы найти идеальное прошлое, его не будет. Вопрос в том, чтобы научиться замечать, где наше прошлое пишет для нас сценарий настоящего. Детские травмы не отменить, но то, что они сделали, можно так сказать перепрошить. Иногда с психологом, иногда, через честные разговоры с близкими. Что точно не помогает, делать вид, что (все это фигня, надо просто быть сильнее). Обычно чем громче человек повторяет (я всё сам, это не важно), тем сильнее внутри его тот самый маленький, которого когда-то не услышали, не поняли, не приняли...
Иногда так и тянет сказать себе взрослому да ну, причем тут вообще мое детство, у меня вот ипотека, работа, отношения, вот мои реальные проблемы. А потом ловишь себя на том, что в самый неподходящий момент ты реагируешь, как тот самый ребенок внутри, обижаешься до слез из-за полуслова, цепляешься за человека, который явно не твой вариант, или наоборот бежишь от тех, кто к тебе хорошо относится. И где-то на этом фоне возникает неприятная мысль, а может, это не просто (я такой странный), а какая-то старая история до сих пор рулит моей жизнью?
Про то, как с нами разговаривали, слушали нас, замечали наши эмоции, был ли рядом кто-то, кто говорил, я с тобой, с тобой все в порядке. Детство вообще несправедливо устроено, ребенок не всегда делает правильные выводы, но эти выводы врастают в психику так, как будто это священная истина. И потом ты будучи уже взрослым человеком вроде бы понял, что он уже не мальчик или девочка, что у тебя паспорт, права, зарплата, а внутри все равно живет тот, кому страшно, стыдно, одиноко или очень хочется, чтобы наконец сказал, ты важен.
Вот сейчас точно все вспомнят себя в детстве...
Не реви, ну чего нюни пускаешь, из‑за ерунды истерику устроить. Было? знаю, знаю что было))
Тем временем будучи ребенком ты делаешь вывод, проявлять слабость плохо и стыдно. И вот ты уже взрослый человек не умеешь плакать даже тогда, когда умирает близкий, когда тебе объективно плохо. Зато умеешь сжиматься внутри, улыбаться и говорить, Да нет, все нормально. А потом эта невыраженная боль бывает чем угодно тревогой, приступами раздражения на ровном месте. Ты искренне не понимаешь, почему я злюсь на мелочи, но ребенок внутри твоего тела прекрасно помнит, когда-то мне было очень больно, и мне не дали права это показать.
Детские ожидания тема отдельная и болезненная. Ребенок, по сути, живет в мире если, если я буду хорошим, меня будут любить, если я буду послушным, меня не оставят, Если я буду все делать правильно, мне не будет стыдно, и этот мир бесконечного ЕСЛИ, ЕСЛИ, ЕСЛИ... В этом возрасте другого инструмента у него нет, он правда так думает. Если еду забрали значит, я плохая. Если папа уйдет со мной что-то не так. Если маме не до меня я недостаточно интересен. И в то же время эти «если» превращаются в жесткие внутренние законы. Взрослый уже давно мог бы сказать, Батя ушел, потому что он не справился со своей ролью, а не потому, что я плохой. Но внутри ребенка живет мысль, Со мной что‑то не так, поэтому меня в любой момент могут бросить.
А знаете как наши детские ожидания ломают взрослую картинку мира.
Например, девочка росла в семье, где мама терпела, молчала, подстраивалась. Вслух при вас говоря Главное сохранить семью, а реальность была про то, что мама не имеет права голоса. Ребенок мог одновременно и жалеть маму, и злиться на отца, и все равно усвоить сценарий женщина должна терпеть, мужчина всегда решает. Взрослая женщина может подумать, Я так не хочу, я буду жить по-другому, но парой понимает поглаживает, оправдывает чужие косяки, обесценивает свой образ, страшно боится конфликта. И если ей сказать, ты же сама выбираешь такие отношения, это будет формально верно, но жестоко, потому что внутри ее как бы с детства поставили на рельсы, и она по ним едет.
Мужчина, которого в детстве постоянно сравнивали с братом, с соседским ребенком, с «вот у Пети руками откуда надо а ты отвертку не можешь подать нужную. ТАк вот это пресловутый А ТЫ.... а ты… вырастет с ужасной смесью амбиций и стыда. С одной стороны, ему все время хочется найти деньги, что он может, что он не хуже, что он чего-то стоит. Причина работа на износ, страх неудачи, болезненная реакция на критику. С другой любое достижение кажется обоснованным. Внутренний голос, голос тех самых взрослых, не умеет радоваться, он умеет только подгонять.
Самое неприятное в этой истории то, что наши детские выводы не можем пересматреть автоматически. Мы не просыпаемся через 25 или 30 лет с обновленной прошивкой. Если в пять лет ребенок решил, что я лишний или я должен быть ключом в этом мире, чтобы меня не бросили, это сработает, пока взрослое сознание не заметит и не скажет, Стоп, это было правдой для того времени, но сегодня это меня ломает. Это, честно говоря, момент ужаса для нашего маленького ребенка. Слова о том, что признание, что ты представляешь себя и миру не объективная истина, детский способ выжить, и это страшно для нас. Но это же и момент свободы.
Как все это проявляется в повседневной жизни? Очень по‑простому. Страх теперь быть плохим родителем, потому что твои родители были холодными по отношению к тебе, и ты пытаешься исправиться, но сгораешь.
Страх разделения, потому что в детстве тебя критиковали, и теперь ты отскакиваешь от каждого, кто к тебе проявляет эмоции.
Комплекс «я недостоин лучшего», потому что в детстве ты видел, как взрослые мирились с плохими обращениями, а теперь сам отмахиваешься от несправедливости слов ну, (это жизнь так в ней бывает).
Желание контролировать все вокруг, потому что в детстве было слишком много хаоса и непредсказуемости, и ты теперь цепляешься за порядок, не умея расслабить хватку.
И это не про то, что во всем виноваты родители, а про то, как психика адаптировалась когда‑то и застряла в стратегиях того детского времени.
Можно ли всё это изменить?
В какой‑то момент очень освобождает простая мысль, да, многое из того, что я сейчас боюсь, за что себя ненавижу или в чем застреваю, родилось не вчера. И я правда делал, что мог, чтобы выжить в тех обстоятельствах.
И да, иногда мне все еще будет казаться, что мир несправедлив, люди бросят, а я (недостаточно такой какой нужно, а какой ты нужен? ). Но теперь это не приговор для тебя, а сигнал, ага, снова всплыл тот самый старый сценарий, давай‑ка я его хотя бы замечу, и ты замечаешь его! И вот с этого момента начинается не идеальная жизнь, а более честная. А честность с собой уже неплохой фундамент для того, чтобы детское прошлое перестало рулить взрослыми отношениями, страхами и мечтами.
С уважением к вам, ваш психолог @WiseSnake
Иногда так и тянет сказать себе взрослому да ну, причем тут вообще мое детство, у меня вот ипотека, работа, отношения, вот мои реальные проблемы. А потом ловишь себя на том, что в самый неподходящий момент ты реагируешь, как тот самый ребенок внутри, обижаешься до слез из-за полуслова, цепляешься за человека, который явно не твой вариант, или наоборот бежишь от тех, кто к тебе хорошо относится. И где-то на этом фоне возникает неприятная мысль, а может, это не просто (я такой странный), а какая-то старая история до сих пор рулит моей жизнью?
Про то, как с нами разговаривали, слушали нас, замечали наши эмоции, был ли рядом кто-то, кто говорил, я с тобой, с тобой все в порядке. Детство вообще несправедливо устроено, ребенок не всегда делает правильные выводы, но эти выводы врастают в психику так, как будто это священная истина. И потом ты будучи уже взрослым человеком вроде бы понял, что он уже не мальчик или девочка, что у тебя паспорт, права, зарплата, а внутри все равно живет тот, кому страшно, стыдно, одиноко или очень хочется, чтобы наконец сказал, ты важен.
Вот сейчас точно все вспомнят себя в детстве...
Не реви, ну чего нюни пускаешь, из‑за ерунды истерику устроить. Было? знаю, знаю что было))
Тем временем будучи ребенком ты делаешь вывод, проявлять слабость плохо и стыдно. И вот ты уже взрослый человек не умеешь плакать даже тогда, когда умирает близкий, когда тебе объективно плохо. Зато умеешь сжиматься внутри, улыбаться и говорить, Да нет, все нормально. А потом эта невыраженная боль бывает чем угодно тревогой, приступами раздражения на ровном месте. Ты искренне не понимаешь, почему я злюсь на мелочи, но ребенок внутри твоего тела прекрасно помнит, когда-то мне было очень больно, и мне не дали права это показать.
Детские ожидания тема отдельная и болезненная. Ребенок, по сути, живет в мире если, если я буду хорошим, меня будут любить, если я буду послушным, меня не оставят, Если я буду все делать правильно, мне не будет стыдно, и этот мир бесконечного ЕСЛИ, ЕСЛИ, ЕСЛИ... В этом возрасте другого инструмента у него нет, он правда так думает. Если еду забрали значит, я плохая. Если папа уйдет со мной что-то не так. Если маме не до меня я недостаточно интересен. И в то же время эти «если» превращаются в жесткие внутренние законы. Взрослый уже давно мог бы сказать, Батя ушел, потому что он не справился со своей ролью, а не потому, что я плохой. Но внутри ребенка живет мысль, Со мной что‑то не так, поэтому меня в любой момент могут бросить.
А знаете как наши детские ожидания ломают взрослую картинку мира.
Например, девочка росла в семье, где мама терпела, молчала, подстраивалась. Вслух при вас говоря Главное сохранить семью, а реальность была про то, что мама не имеет права голоса. Ребенок мог одновременно и жалеть маму, и злиться на отца, и все равно усвоить сценарий женщина должна терпеть, мужчина всегда решает. Взрослая женщина может подумать, Я так не хочу, я буду жить по-другому, но парой понимает поглаживает, оправдывает чужие косяки, обесценивает свой образ, страшно боится конфликта. И если ей сказать, ты же сама выбираешь такие отношения, это будет формально верно, но жестоко, потому что внутри ее как бы с детства поставили на рельсы, и она по ним едет.
Мужчина, которого в детстве постоянно сравнивали с братом, с соседским ребенком, с «вот у Пети руками откуда надо а ты отвертку не можешь подать нужную. ТАк вот это пресловутый А ТЫ.... а ты… вырастет с ужасной смесью амбиций и стыда. С одной стороны, ему все время хочется найти деньги, что он может, что он не хуже, что он чего-то стоит. Причина работа на износ, страх неудачи, болезненная реакция на критику. С другой любое достижение кажется обоснованным. Внутренний голос, голос тех самых взрослых, не умеет радоваться, он умеет только подгонять.
Самое неприятное в этой истории то, что наши детские выводы не можем пересматреть автоматически. Мы не просыпаемся через 25 или 30 лет с обновленной прошивкой. Если в пять лет ребенок решил, что я лишний или я должен быть ключом в этом мире, чтобы меня не бросили, это сработает, пока взрослое сознание не заметит и не скажет, Стоп, это было правдой для того времени, но сегодня это меня ломает. Это, честно говоря, момент ужаса для нашего маленького ребенка. Слова о том, что признание, что ты представляешь себя и миру не объективная истина, детский способ выжить, и это страшно для нас. Но это же и момент свободы.
Самое неприятное в этой истории то, что наши детские выводы не можем пересматреть автоматически. Мы не просыпаемся через 25 или 30 лет с обновленной прошивкой. Если в пять лет ребенок решил, что я лишний или я должен быть ключом в этом мире, чтобы меня не бросили, это сработает, пока взрослое сознание не заметит и не скажет, Стоп, это было правдой для того времени, но сегодня это меня ломает. Это, честно говоря, момент ужаса для нашего маленького ребенка. Слова о том, что признание, что ты представляешь себя и миру не объективная истина, детский способ выжить, и это страшно для нас. Но это же и момент свободы.
Как все это проявляется в повседневной жизни? Очень по‑простому. Страх теперь быть плохим родителем, потому что твои родители были холодными по отношению к тебе, и ты пытаешься исправиться, но сгораешь.
Страх разделения, потому что в детстве тебя критиковали, и теперь ты отскакиваешь от каждого, кто к тебе проявляет эмоции.
Комплекс «я недостоин лучшего», потому что в детстве ты видел, как взрослые мирились с плохими обращениями, а теперь сам отмахиваешься от несправедливости слов ну, (это жизнь так в ней бывает).
Желание контролировать все вокруг, потому что в детстве было слишком много хаоса и непредсказуемости, и ты теперь цепляешься за порядок, не умея расслабить хватку.
И это не про то, что во всем виноваты родители, а про то, как психика адаптировалась когда‑то и застряла в стратегиях того детского времени.
Можно ли всё это изменить?
Ваше понимание проблемы, это уже путь к победе. Когда ты ловишь свой страх не на уровне (мне просто страшно), а на уровне мне страшно, потому что мой внутренний пятилетний ребенок решил, что… у тебя появляется возможность вести себя не как пятилетний, а как тот, кем ты уже стал. Поначалу это будет выглядеть, как бы это сказать... искусственно. Внутри кричит, (Не подходи, тебя опять отвергнут), а ты вслух говоришь, (Сейчас я всего лишь пишу человеку сообщение, это не смертельно). Это маленькие шаги, очень неглянцевые, иногда корявые. Но это и есть момент, когда взрослый берет руль у ребенка.
В какой‑то момент очень освобождает простая мысль, да, многое из того, что я сейчас боюсь, за что себя ненавижу или в чем застреваю, родилось не вчера. И я правда делал, что мог, чтобы выжить в тех обстоятельствах.
И да, иногда мне все еще будет казаться, что мир несправедлив, люди бросят, а я (недостаточно такой какой нужно, а какой ты нужен? ). Но теперь это не приговор для тебя, а сигнал, ага, снова всплыл тот самый старый сценарий, давай‑ка я его хотя бы замечу, и ты замечаешь его! И вот с этого момента начинается не идеальная жизнь, а более честная. А честность с собой уже неплохой фундамент для того, чтобы детское прошлое перестало рулить взрослыми отношениями, страхами и мечтами.
С уважением к вам, ваш психолог @WiseSnake
