- Сообщения
- 4.001
- Реакции
- 4.720
Авторитетные эксперты утверждают, что, если бы не немецкий ученый-антифашист Клаус Фукс, работавший и в США и Англии над созданием атомной бомбы, в августе 1949-го у СССР не было бы своего ядерного оружия.
Конечно, были и другие иностранные агенты – американцы Млад (он же Теодор Холл), и Стар из лаборатории Лос-Аламоса, руководители группы «Волонтеры» – супруги Моррис и Лона Коэны, Кембриджская пятерка и редко упоминающийся британец Алан Мэй.
Но среди них всех Клаус Фукс выделяется огромным объемом точнейших данных, переданных советской разведке. Ученый, сбежавший из нацистской Германии, с декабря 1940 года работал в секретных атомных лабораториях Англии и США.
В Англии в марте 1950-го Клауса Фукса осудили, как советского шпиона, на 14 лет. Британское правительство учло то обстоятельство, что Фукс передавал атомные секреты союзной на тот момент державе – СССР. Это спасло его от более длительного срока. Если бы его выдали США, как требовали американцы, все бы наверняка закончилось электрическим стулом.
По какой-то причине в СССР Фукса решили не признавать своим. Когда в Лондоне официально заявили: «Ученый-атомщик Фукс передавал секретную информацию агентам советского правительства», реакция Москвы была неожиданной.
ТАСС 8 марта 1950-го на весь мир оповестил: «Это заявление является грубым вымыслом, так как Фукс неизвестен советскому правительству, и никакие «агенты» советского правительства не имели к Фуксу никакого отношения».
Клаус отсидел в тюрьме девять с половиной лет из четырнадцати и был досрочно освобожден за примерное поведение. Ему предлагали остаться в Англии, работы над усовершенствованием бомбы продолжались, но он сел в самолет и приземлился на территории ГДР.
История этого человека очень интересна. Фукс – сын лютеранского священника, который в своем приходе честно защищал страждущих и угнетенных.
Клаус, приняв в целом идеалы отца, вступил в соцпартию, потом, как многие левые в Германии, разочаровался в их политической позиции в это время и перешел к коммунистам.
В первые годы прихода Гитлера к власти Фукс активно работал в компартии. Но вскоре «засветился» и был на грани ареста. Компартия приняла решение отправить талантливого юношу учиться за границу, чтобы он впоследствии стал физиком.
Если говорить о вербовке, то ее в принципе не потребовалось. Фукс, желавший помогать Советской России, обратился за советом к своему другу, опытному антифашисту Кучинскому.
Кучинский прямо отправился на прием к послу Майскому и сообщил, что есть некий ученый-атомщик, который может вас информировать о важных работах, ведущихся в совершенно секретной области. На встречу с Фуксом отправили помощника военного атташе Симона Кремера, и профессиональный военный разведчик установил с агентом эффективный канал связи.
Так Фукс пришел в советскую разведку. Он немало сделал для СССР, находясь в Англии, а в США поехал уже готовым, обученным агентом. Сначала работал в Чикаго, затем в Нью-Йорке и наконец добрался до секретной лаборатории в Лос-Аламосе, где создавали атомную бомбу. Немцу присвоили псевдоним «Чарльз», после войны он вернулся в английский ядерный центр Хауэлл и сотрудничал с Советами еще года четыре вплоть до ареста.
В результате его работы в Центре была получена детальная информация о химзаводе, производящем плутоний, и о результатах испытания американцами атомных бомб нового типа в районе Энивиток.
Благодаря этому, Курчатов изучил присланный ему сравнительный анализ действия котлов с воздушным и водяным охлаждением и внес принципиальные поправки в собственные разработки.
Но самое важное из переданного Фуксом – это принципиальная схема водородной бомбы. Эти сведения позволили СССР приступить к работе над термоядерным оружием не позже, чем это произошло в США.
Считалось, что на Фукса навел его связник, советский агент американец Голд. Однако к моменту ареста Фукса ни англичане, ни американцы не имели никаких конкретных данных для предъявления обвинений. До момента, когда Фукс признался, что работал на Советский Союз ради сохранения атомного паритета, никто ничего толком не мог доказать.
Суть в ином. Фукс годами жил в тяжелейших условиях. Встречи с советскими друзьями были мимолетны, разведчику не с кем было посоветоваться и некому пожаловаться.
Но он оставался преданным своему выбору долгие годы. Семьей обзаводиться при таком риске Клаус не счел возможным и оставался одиноким волком среди врагов.
Лишь иногда после возвращения из Штатов в Англию он встречался с сотрудником НКВД, будущим Героем Советского Союза Александром Семеновичем Феклисовым. Тот видел, что почти на каждую встречу Фукс приходит задумчивым, а порой откровенно удрученным - в Хауэлле вокруг него сложилась тяжелая психологическая атмосфера.
В 1946 году провалился агент Москвы, английский ученый Алан Мэй, выданный предателем, и многих англичан-атомщиков начали прощупывать. Американцам казалось, что утечка информации исходит как раз из группы английских исследователей, и едва ли не все они попали под подозрение.
По сути, Клауса Фукса не разоблачили, а приперли к стенке психологически.
Его допрашивал лучший британский следователь из МИ-5 – Скардон, тот самый, который пытался расколоть и некоторых членов Кембриджской пятерки. Равных Скардону в умении выжать человека до последней капли в Англии не было.
Но даже он уже решил было отказаться от бесполезных допросов Клауса Фукса, когда тот совершенно неожиданно сломался и сделал признание, заявив:
«Я пользуюсь таким доверием со стороны моих английских друзей. Если бы меня разоблачили, в их глазах я выглядел бы предателем. И чтобы остаться верным им и науке, я решил признаться».
Уже потом, годы спустя, великий советский разведчик Ким Филби писал в своей книге для специалистов разведки, что Фукс допустил страшную ошибку. Проанализировав все документы его дела, Филби пришел к выводу, что никаких доказательств вины Фукса у Скардона не было. Все дело основывалось на зыбких подозрениях.
Но Фукс признался – и получил 14 лет.
Девять с половиной лет были навсегда вычеркнуты из жизни человека, столько сделавшего для Советского Союза.
После освобождения Фукс уехал в Германскую Демократическую Республику, вновь занялся наукой, занял серьезный пост и вел большую общественную работу.
Приехав в Москву в составе научной делегации ГДР, разведчик старался вечерами не покидать гостиницу. Он был убежден, что к нему непременно придут те, с кем он так долго и успешно работал. Но к Клаусу Фуксу никто не пришел.
Был ли вручен герою-разведчику боевой орден, которого он удостоился в 1943 году за передачу советской стороне секретных сведений, также до сих пор неизвестно.
