- Сообщения
- 4.001
- Реакции
- 4.720
При том, что в истории человечества были сотни войн и тысячи сражений, некоторые битвы вошли во все учебники мира.
Одна из них – невероятная битва при Каррах, когда, имея четырёхкратное численное превосходство, римляне не просто проиграли, но и понесли самые чудовищные потери в своей истории.
События разворачивались так. В 54 г. до н.э. Марк Лициний Красс, победитель Спартака и прирождённый воин, стал наместником Сирии и немедленно начал войну с Парфией.
Преодолев относительно слабое сопротивление, он занял несколько городов, однако с наступлением осени отвёл основные силы обратно в Сирию.
Следующей весной Красс собрался повторить успех и в мае 53 г. до н.э. оказался в окрестностях крепости Карры (сегодня это Харран, Турция), где его уже ожидали парфяне.
У Марка Красса было 40 000 воинов - 7 легионов (более 30 000) прославленной римской пехоты, почти 2000 галльской конницы и прочие вспомогательные отряды.
Правда, лучников и пращников было очень мало, менее 1000, и возможно, это сыграло свою роль.
Со стороны Парфянского царства ему противостоял полководец Сурена, под командованием которого было всего 10 000 — 12 000 бойцов, причём исключительно конных.
Порядка 1000 парфянских воинов были катафрактами, всадниками в тяжёлых доспехах, а остальные — слабо защищёнными конными стрелками.
Но при этом парфяне тайно запасли для битвы огромное количество стрел, в десятки раз превышающее обычный боекомплект той эпохи.
Красс принял решение немедленно вступить в бой и развернул армию в одну тонкую линию фронтом к противнику, имея в центре пехоту, а на флангах — конницу. Однако почти сразу передумал и дал команду перестроиться.
На этот раз легионеры образовали огромный квадрат, в центре которого располагался обоз, лёгкая пехота и конница. По-видимому, командующий понял, что как бы он не растягивал фронт, подвижная парфянская конница обойдёт его в любом случае, и заранее подготовился к круговой обороне.
Стоит отметить, что еще не вступив в бой, римляне продемонстрировали врагу верх военного искусства. Они чрезвычайно быстро и организованно выполнили два перестроения — из походной колонны в линию и из линии в квадрат. У многих армий того времени на это ушёл бы весь день.
Сблизившись с римским войском, Сурена немедленно бросил катафрактов в лобовую атаку, однако почти сразу отвел их. Тяжёлая конница оказалась не в силах прорвать строй легионеров, увязла и откатилась.
Но катафракты не бежали, а именно отступили, сохранив порядок и боеспособность. А на смену им выдвинулись конные лучники.
За полчаса они охватили римскую армию со всех сторон, непрерывно осыпая ее стрелами. При попытках римлян контратаковать всадники с луками быстро откатывались назад, зная, что легионеры не решатся отрываться от основных сил и не смогут догнать кавалерию.
Как только легионеры возвращались в строй, вслед за ними возвращались и парфянские всадники. А лучники римлян были слишком малочисленны, чтобы отогнать их, так что обстрел продолжался и продолжался.
Поначалу Красс был абсолютно спокоен. Основные силы римлян несли очень незначительные потери - воины были одеты в отличные для своей эпохи доспехи и укрывались за большими щитами.
Оставалось ждать, когда у парфянских конных лучников закончатся стрелы, чтобы решительно атаковать мощными пехотными отрядами.
Но хитрость Сурены состояла именно в том, что он не собирался менять картину боя. Его отряды поочерёдно отдыхали, пополняли боекомплект новыми стрелами из обоза и стреляли, стреляли, стреляли.
Римские же воины измучились, стоя без воды под жарким солнцем и непрерывно укрываясь за щитами, опустить которые нельзя было ни на минуту.
Осознав происходящее, Красс решился на отчаянную контратаку. Вся уцелевшая конница, более 1000 всадников, вместе с лёгкой пехотой и несколькими когортами легионеров (всего порядка 5 000 бойцов) бросились вперёд в надежде убить вражеского полководца.
Сурена отступил, чтобы увлечь атакующий отряд подальше от основной армии, и навалился на него со всей силой. Парфян было в разы больше, и они смяли утомлённых погоней и израненных стрелами римлян.
Отряд сражался отважно и полностью погиб под копьями катафрактов. Среди погибших был и сын самого Красса, Публий Лициний.
Возможно, та же участь ждала и остальные силы, но наступила ночь и сражение прекратилось. Красс и его командиры понимали, что продолжать битву на следующий день в тех же условиях это самоубийство. Поэтому под покровом темноты, бросив обоз и неспособных ходить раненых, римская армия отступила к Каррам.
Потери римлян за день сражения порядка 10 000 убитыми. Кроме того, на рассвете парфяне безжалостно перебили оставленных ими раненых (более 4 000 человек).
Но и это еще не конец истории. Красс не решился остаться в Каррах. Запасов в крепости почти не было, обоз был наполовину пуст, и ждать подкрепления было неоткуда.
Римляне покинули крепость, заблудились в незнакомой местности, и их вновь догнала армия Сурены.
Коварные парфяне пригласили Красса на переговоры, во время которых попросту убили его, и сразу после этого яростно атаковали его армию.
Из окружения вырвалось лишь 6 000 римлян, остальные либо погибли, либо попали в плен.
Потери римской армии убитыми и пленными составили порядка 34 000 человек, 85% ее изначальной численности. Это было не поражение. Это был разгром.
Все в Риме были убеждены, что сработало проклятие предводителя рабов, гладиатора Спартака, которое он выкрикнул в лицо Крассу, умирая от раны в своем последнем бою.
А латинские афоризмы пополнились поговоркой: «Не убегай от лёгкой конницы. Умрёшь усталым!».
