- Сообщения
- 3.955
- Реакции
- 4.713
В 1983 году произошло невероятное событие. Один из флагманов советской промышленности, знаменитый завод «АвтоВАЗ», выпускающий «Жигули» разных моделей, вынужденно остановил все конвейеры на три дня.
Сделано это было потому, что конвейерная лента то и дело начинала жить своей жизнью, и никто не мог понять, в чем дело. Только позже выяснилось, что программное оборудование завода взломал обычный выпускник МГУ, которого сегодня справедливо называют первым советским хакером.
Дело в том, что хотя рядовой советский гражданин никогда в глаза не видел компьютера, на заводах СССР уже массово использовались промышленные роботы, которые управлялись с помощью компьютеров, которые тогда называли ЭВМ (электронно-вычислительная машина).
Еще в 1971 году под руководством Петра Белянина в стране начался выпуск первых промышленных автоматизированных конвейеров. Как показали эксперименты, один лишь производственный робот позволял сэкономить порядка 10 тысяч рублей.
В связи с этим к началу 1980-х годов по всей стране было построено около 28 тысяч промышленных роботов.
В будущем даже планировалась создать полностью автоматизированные заводы с минимальным участием человека. ЭВМ не только управляли конвейерами, но и вели учет деталей, рассчитывали зарплаты, осуществляли календарное планирование и производили расчеты.
С массовым распространением компьютеров на заводах теперь требовались не только инженеры, слесаря и токари, но также математики и программисты. Особенно высоко ценились последние.
Программисты получали вдвое больше обычных рабочих, им часто выдавали бесплатно дачи, премии и организовывали заграничные деловые поездки.
В те годы высококлассных программистов было крайне мало, поэтому они ценились на вес золота. Одним из таких ребят и был выпускник МГУ Мурат Уртембаев.
Сразу же после окончания престижного вуза он устроился на Волжский автомобильный завод в Тольятти. В то время это был самый совершенный в технологическом плане автоконцерн во всем Советском Союзе, построенный итальянцами.
Карьеру на заводе Уртембаев начал с должности младшего программиста. Парень отличался незаурядным интеллектом и быстро освоил принцип работы, но большие деньги и заграничные поездки ему, как молодому специалисту, пока не светили.
Но Мурат решил не отчаиваться и стал изучать систему изнутри.
В то время программное обеспечение завода было полностью открытым. В случае чего программисты могли изменить код ПО, и никто об этом бы даже не узнал.
Утрембаев заметил интересную закономерность. Когда на автоматизированной линии возникала неполадка, техники подтверждали исправность оборудования и к делу подключались программисты. Выяснялось, что проблема кроется в программной ошибке, сбой быстро устранялся, а исправивший ошибку программист получал премию и признание руководства.
У Мурата сразу возникло логичное предположение, что программисты сами создают ошибку, а затем сами же ее и исправляют, и у него в голове созрел план. Программист решил написать вредоносную программу с отсроченным запуском. Причем, вирус должен был автоматически активизироваться в день возвращения Мурата из отпуска.
Таким образом программист обеспечивал себе алиби, считая, что никто не подумает на человека, который только что вернулся из отпуска и вышел на работу.
Задумано было так - после того, как конвейер начнет «сходить с ума» и никто не может его починить, Уртембаев устраняет проблему, и ему обеспечена премия, а может быть и повышение.
Вирус Мурат загрузил просто и уверенно, с помощью обычной дискеты. Но его грандиозному плану не суждено было осуществиться.
По какой-то причине вирус запустился за два дня до возвращения программиста из отпуска. Автоматизированная лента буквально обезумела и начала смешивать детали и двигаться невпопад. Исправить ситуацию не получилось, и завод были вынуждены остановить.
Страна ждала новых автомашин, срывались зарубежные контракты. Для советской промышленности по меркам 1983 года это было ЧП всесоюзного масштаба.
На место прибыли сотрудники КГБ. Так как все роботы были полностью исправны, стало очевидно, что проблема кроется в программной ошибке. К решению проблемы были подключены десятки опытных программистов, но вредоносный код был обнаружен и ликвидирован только спустя три дня. За время простоя завод понес убытки в размере одного миллиона рублей.
Ясно, что вернувшийся из отпуска Уртембаев ужаснулся происходящему. Он понял, что натворил, и твердо решил первое время помалкивать.
Но узнав, что из Москвы прибыла целая группа сотрудников КГБ, парень забоялся, что его могут раскрыть, и решил сам пойти и сознаться в совершенном преступлении.
За добровольное признание хакера не арестовали, а лишь взяли с него подписку о невыезде, а суд устроили прямо в здании завода, в актовом зале.
Процесс планировался показательный, вот только юристы столкнулись с одной проблемой - по законодательству Советского Союза Утрембаев был невиновен. До этого инцидента правосудие не сталкивалось ни с чем подобным, в Уголовном кодексе не упоминалась «компьютерная безопасность» и не было и законов о защите программного обеспечения.
Формально хакер ничего не крал и не ломал, он просто внес некоторые изменения в систему.
Вначале органы возбудили дело по статье «Диверсия», по которой Мурата могли упечь за решетку на долгие годы из-за предполагаемого сотрудничества с иностранными властями. Но у молодого человека не было ни одного знакомого иностранца, и проверка, проведенная КГБ, это подтвердила.
Поэтому, учитывая чистосердечное признание и то, что Уртембаев активно сотрудничал со следствием, обвинение смягчили до «Порчи госимущества».
В итоге программисту дали условный срок за хулиганство и понизили его до рядового слесаря, в должности которого он должен был отработать два года.
Когда истек установленный приговором срок, Мурат Уртембаев уволился с «АвтоВаза» и вернулся на родину в Казахстан. О дальнейшей судьбе первого советского хакера ничего не известно.
